Прорва времени

Прорва времени

23.03.2018 / Город будущего / Comments (0)

Байки космического будущего. Рассказ 5.

О синдроме Джекила-Хайда все, наверное, слышали? Сейчас-то он очень распространился. Это когда человек ведёт себя в сетевом общении так, как никогда не повёл бы в реальной жизни. А что скажете о синдроме Холмса-Ватсона? Нет? Никаких ассоциаций? Оно и понятно — явление куда более редкое. Я лично знаю только один случай его проявления. И связан он с «Космическим патрулём».

В прошлом, когда длительные орбитальные рейсы были особым событием, а экипажам приходилось летать в тесных отсеках практически на голове друг у друга, много внимания уделяли психологической совместимости. Оно и понятно: люди с разными характерами, темпераментами и жизненными интересами быстро находят почву для конфликта, а поскольку деваться в небольшом корабле некуда, конфликт перерастает в ссору, ссора — в противостояние, а там и до смертоубийства недалеко. Но когда общее количество людей на орбитах перевалило за полсотни, наземным службам стало не до проблем совместимости. Да и мотивация к тому времени изменилась: раньше всякий космонавт был исследователем и за счёт этого уникальным специалистом, а теперь мы стали наёмными работниками, пилотами или монтажниками, которые должны заниматься своим делом и не лезть в дела других. И всё же взаимодействовать по житейским вопросам приходится, особенно если полёт дальний, работы мало, а личного времени прорва.

Однажды в такой полёт отправился патрульный рейдер «Казань». С типовой задачей — выйти на перехват очередного космического булыжника, привести его картографирование , сбросить радиомаяки и взять пробы с поверхности для планетологов. На борту были двое наших космонавтов-исследователей с Города: Дёмин и Хлебцевич. К астероиду летели бодро и слажено — готовились к маневрированию и высадке, а это всегда дисциплинирует. Миссию провели на «пять» и отправились обратно. И вот тут-то начались проблемы. Сто суток вынужденного безделья — не шутка, согласитесь. Конечно, у экипажа рейдера была масса возможностей для развлечений: связь работала отменно, они могли и фильмы свежие качать, и книги, и всякие обучающие программы, и даже игры. И вот тут-то выяснилась маленькая деталь — оказалось, что Дёмин и Хлебцевич имеют противоположные интересы. Разительно противоположные. Например, Дёмин предпочитает кровавые фильмы ужасов и хэви-метал, а Хлебцевич, наоборот, исторические мелодрамы и лёгкую классическую музыку типа танцевальных сочинений Штрауса. Хуже того, Дёмин — любитель футбола, а Хлебцевич — тенниса; Дёмин по убеждениям — монархист, а Хлебцевич — либерал.

Ситуация обострилась ещё из-за того, что разработчики рейдеров поставили только один универсальный компьютер, который можно было использовать для развлечений: полагали, видимо, что совместные просмотры будут сближать экипаж, а не разделять его. Они ошиблись: началось всё именно со споров, что сегодня смотреть — футбол или теннис. Слово за слово, и Дёмин позволил себе грубость в адрес напарника: дескать, только девки и школота любят теннис, а настоящий мужик должен быть футбольным фанатом. Хлебцевич не остался в долгу и сумел найти язвительные слова в адрес «Спартака», за который Дёмин болел. Рассорились вдрызг и смотреть ничего не стали. Но скука заедала, поэтому через некоторое время они опять собрались у компьютера и начали выбирать фильм. Дёмин хотел очередную «Пилу», Хлебцевич — свеженький сиквел к «Унесённым ветром». И опять начались подколки, причём весьма недружественные. Чтобы ещё досадить напарнику, Дёмин скачал коллекцию «Аэросмит» и врубил её через динамики рейдера. Удивительно, как они не поубивали друг друга в тот момент.

Конфликт нарастал, и напарники начали по мелочи пакостить, причём намеренное повреждение упаковки дневного пайка товарища было самым меньшим из вредительств. Первым опомнился всё же Хлебцевич как человек с более толерантными взглядами. Ночью, когда Дёмин спал, он вышел на связь с ЦУПом и пожаловался на то, что психологическая атмосфера стала совсем удушающей, напарник сошёл с ума, и миссия может закончиться убийством или катастрофой. На Земле сначала даже не знали, что придумать для смягчения конфликта, но потом кто-то из специалистов-психологов посоветовал Хлебцевичу собрать волю в кулак и стать «святее папы Римского», то есть изобразить, что тоже любит ужасы, хэви-метал и «Спартак», но любит их куда больше и сильнее, чем напарник. Хлебцевичу идея понравилось, и в ту же ночь Дёмин был разбужен завываниями «Скорпионз», поставленными на максимальную громкость.

Дёмин был, конечно, не дурак и заподозрил неладное, однако Хлебцевич, не моргнув глазом, заявил, что пересмотрел свои взгляды на жизнь, что понимает, как инфантильно выглядел, когда не верил в благостные перспективы возрождения монархии, не ценил серьёзную рок-музыку и бодрые футбольные чемпионаты. Дёмин подумал, что над ним издеваются, и для проверки благонамеренности Хлебцевича поставил на просмотр «Техасскую резню бензопилой» — весь цикл, с приквелами, сиквелами и вбоквелами. И Хлебцевич выдержал всё это! Ещё и критиковал: дескать, кровищи маловато — нет ли чего-нибудь пострашнее?

Так и повелось: любые желания Дёмина в смысле развлечений тут же находили активную поддержку, причём Хлебцевич вёл себя как пламенный неофит, который хочет быстрее нагнать упущенное. Со свойственной ему скрупулёзностью он изучал историю фильмов ужасов, тяжёлого рока, футбола и российской монархии. И демонстрировал свои познания при любом удобном случае, чем вводил Дёмина в смущение, когда оказывалось, что тот не знает важных фактов или судит о них по слухам, далёким от реальности.

В конечном итоге Хлебцевич добился-таки своего. Как и предсказывал психолог, напарник начал терять интерес к собственным увлечениям и без большой охоты садился смотреть очередной фильм или матч. Полёт завершился благополучно, но имел последствия. Нынче Хлебцевич хорошо известен в Городе и на Земле: он возглавляет первый космический клуб болельщиков «Спартака», занимает должность президента Международного общества любителей фильмов ужасов и считается одним из самых компетентных экспертов по тяжёлому року. И, кстати, дом Романовых присвоил ему дворянство за заслуги перед монаршей семьёй.

Странную аберрацию Хлебцевича ныне называют синдромом Холмса-Ватсона. Почему именно так? Подумайте… Всё ещё нет идей? Тогда воспользуйтесь поисковой системой; в сети найдётся ответ на любой вопрос.

 

Иллюстратор: Наталья Меркулова

Комментарии: